реферат скачать
 

Теневая экономика – причины, масштабы, роль

Теневая экономика – причины, масштабы, роль

КУРСОВАЯ РАБОТА

по экономической теории

Тема: “Теневая экономика – причины, масштабы, роль”

Выполнил студент

экономического факультета

Санкт-Петербург

2002

Введение

В экономической науке есть немало неисследованного. Но, пожалуй, трудно

найти другой такой пример, когда масштабы экономического явления и степень

его изученности были бы настолько несопоставимы. Эта проблема теневой

экономики, которая охватывает все сферы жизнедеятельности общества.

Теневая экономика представляет собой очень трудный для исследования

предмет: это феномен, который относительно легко определить, но невозможно

точно измерить, так как практически вся информация, которую удается

получить учёному-экономисту, является конфиденциальной и разглашению не

подлежит.

Теневая экономика представляет интерес, прежде всего с точки зрения всего

влияния на протекание большинства обычных, нормальных, экономических

явлений процессов: формирование и распределение дохода, торговли,

инвестирования и экономического роста в целом. Это влияние теневых

отношений в России настолько велико, что представляет опасность для

экономической безопасности и суверенитета государства в целом и совершенно

очевидна необходимость их анализа.

Многие российские специалисты, как правило, склоняются к тому, что

теневая экономика охватывает три сектора:

1. Подпольный бизнес – запрещенные законом виды экономической

деятельности: торговля оружием и наркотиками, рэкетирство, убийства на

заказ и т.п.

2. Неофициальная экономика – легальные виды экономической деятельности,

где производство товаров и услуг не фиксируется официальной

статистикой, сокрытие от налогов, неформальная занятость и т.п.

3. Фиктивная экономика – экономика приписок, спекулятивных сделок,

взяточничества, мошенничества и т.п.

Что касается размеров капитала, незаконно вращающегося в торговых

операциях. По данным Госкомстата России, объем теневой экономики составляет

25% от ВВП на начало 1997 г, включая суммарный учет искажения данных по

торговле (примерно 40% товарооборота), по оказанию индивидуальных услуг

населением (60%), по учету жилищных услуг (18% стоимости зарегистрированных

услуг), по скрытой оплате труда, в том числе с учетом «смешанных доходов»

(20%). Однако с учетом подпольной и неофициальной экономик, по оценкам

правоохранительных органов, эта цифра колеблется около 50%!

Немного истории

Существует точка зрения, что реформы 90-х гг. являются экономическим

“послесловием” к глубинным процессам роста теневой криминальной экономики,

происходившим в годы застоя. Реформы лишь высвободили присущие теневой

экономике автономные механизмы регулирования, связанные, прежде всего, с

насилием.

В качестве компенсирующего противовеса, смягчавшего жесткие хозяйственные

регламентации и способствующего выживанию самой огосударствленной системы,

выступал негосударственный сектор, включавший промысловую кооперацию (до

1960 г.), потребкооперацию, колхозы, личное подсобное хозяйство и даже

частную практику (к 1985 г. было зарегистрировано 64 тыс. человек,

занимавшихся частной практикой). Негосударственный сектор, в определенном

смысле, создал правовые и материальные предпосылки функционирования теневых

отношений.

Однако власти понимали, что без негосударственного сектора и неформальных

отношений огосударствлённая хозяйственная система не могла существовать,

тому есть немало примеров.

Официально объемы подрядно-строительных работ в целом по стране в 1960-

1980 гг. планировались существенно выше, чем имевшиеся в них учтенные

производственные ресурсы. Но работавшие в то время неформальные бригады

(часто преследуемые) создали практически всю сельскую производственную и

бытовую инфраструктуру (коровники, бани, школы, магазины и т.п.).

Неформальные отношения не без заинтересованности и участия властей тонко

вписывались в систему хозяйствования на протяжении всех лет существования

советской системы. При необходимости они использовались властями в

политических целях:

. 30-е годы – в форме борьбы с неразоблаченным “кулаком”;

. 60-70-е – с “частником”;

. 80-е – с “лицами, получающими нетрудовые доходы”;

. 90-е – с новыми предпринимателями – “кооператорами”.

Владельцы частных подсобных хозяйств периодически считались социальным

злом, хотя длительное время продовольственный фонд в стране по многим

продуктам рассчитывался и планировался без учета потребностей сельского

населения. Таким образом, самообеспечение считалось неформальным

отношением.

Достаточно сложен анализ способов и видов, в которых проявлялись

подлинные неформальные отношения. Каждый из носителей выбирал свои, удобные

ему способы исходя из социально-экономических, территориальных,

национальных и других особенностей, условий и традиций. В России с ее

исторической тенденцией тяготения к коллективистским традициям долгое время

преобладающей формой самоорганизации населения и соответственно реализации

неформальных отношений были (и остаются) многообразные виды кооперации.

Во-первых, существовали неформальные кооперативы, которым были присуще

соответствующие принципы и черты: преобладание экономического равенства

внутри кооператива, обособленность по отношению к другим организациям и

защита своих групповых интересов. Во-вторых, были семейные образования с

главенством лидера, действующего в интересах семьи.

Доходы, которые контрагенты теневой экономики получали в системе

административного распределения ресурсов, были весьма значительны:

31,8 млрд. руб. в 1975 г., 52,5 млрд. руб. в 1980; 74,3 млрд. руб. в 1985,

55,3 млрд. руб. в первом полугодии 1989г. Соответственно по отношению к

фонду оплаты труда в СССР эти доходы составили: 13,8%; 17,9%; 21,1%; 25,4%.

Факторы увеличения объема теневой экономики

Переход от системы административного распределения ресурсов к рыночному

механизму развития означает изменение динамики номинальных показателей.

Переход способствует росту сферы “агрессивной координации”, когда сделки

заключаются под влиянием силы, минуя мораль и закон.

В ходе реформ был фактически ликвидирован механизм контроля власти со

стороны общества. На сегодняшний день, к сожалению, нельзя дать ни

достоверной оценки финансовых ресурсов, так как Минфин тщательно скрывает

многие данные, ни выяснить объем приватизационной собственности. Впрочем,

и в случаях вскрытия самых серьезных злоупотреблений властью никаких

санкций не применяется. Все это способствует распределению собственности и

бюджетных денег криминальными структурами.

Мировой опыт свидетельствует о том, что выйти из ловушки тотальной

криминализации социально-экономических отношений довольно-таки трудно.

Ведь если национальное богатство распределяется между кланами, имеет место

некий вариант феодализма, при котором не действуют механизмы

экономического роста. Анализ причин происходящего приводит, к сожалению, к

лидирующей роли государства. Далее приведены некоторые доказательства:

В 1992 г. государство начало с того, что фактически ликвидировало

накопления граждан. При спровоцированной гиперинфляции практически не было

предпринято никаких мер для того, чтобы сохранить трудовые сбережения

десятков миллионов людей в сберегательных банках. Параллельно произошла

очень серьезная криминализация финансового сектора. В том же году

Центробанк России распределял в условиях высокой инфляции кредиты под

высокий отрицательный процент, и те, кто стоял “у кормушки”, получили

колоссальные доходы.

В 1993 г. развернулась спонтанная приватизация снизу, когда всем было

разрешено хватать государственное имущество по принципу “кто первый”. В

результате в экономике возобладали стереотипы чисто хищнического

распределения: предпринимательская энергия была устремлена не на создание

нового, наращивание экономической активности и повышение эффективности

производства, а на передел имущества, что обеспечивало наибольшие барыши.

В конце 1993 г. произошло, свертывание демократических институтов

контроля власти над обществом. И после этого началась легализация

криминальной деятельности. Если раньше деньги из бюджета воровали

преимущественно в нелегальных формах, то, начиная с осени 1993 г.,

правительственные структуры пошли по пути легального предоставления

незаконных льгот “придворным” коммерческим структурам. Соответствующие

примеры хорошо известны, их совокупность свидетельствует о том, что в

денежно-бюджетной сфере легализация криминальных отношений — факт

свершившийся.

Небезызвестная денежная политика 1994 г. привела к тому, что существенная

часть хозяйственных отношений постепенно трансформировалась и перешла в

теневой сектор. Искусственно вызванный кризис ликвидности в расчетах в

реальном секторе экономики привел к тому, что предприятия стали широко

практиковать бартер и расчеты наличными и, естественно, уходить от налогов.

В общем, этот небольшой анализ показывает, что именно государству и

государственной политике мы обязаны тем, что отечественная экономическая

система погрузилась в “квазиколумбийское” состояние: в 1995 г. фактически

уже сформировались механизмы его устойчивого самовоспроизводства.

Еще совсем недавно существовала точка зрения, согласно которой наличие

теневой экономики — прямое следствие подавляющей нормальную хозяйственную

жизнь административной системы управления, с устранением которой и

переходом к рыночному хозяйствованию запрещенные и потому не регистрируемые

сделки неизбежно легализуются и выйдут из “тени” в “свет”. Сегодня

наивность подобных надежд очевидна.

В 1992 г., когда руководители предприятий требовали от российского

правительства индексации оборотных средств, на многих из них имелись

значительные запасы сырья и материалов, оставшиеся в наследство от

административной системы распределения ресурсов. Эти запасы товарно-

материальных ценностей составляли большие трети валового общественного

продукта СССР в 1991 г., и торговля ими, в том числе вывоз за рубеж,

осуществлялась весьма бойко. Фактически имело место массовое “поедание”

предприятиями их оборотных средств, а сегодняшняя “стабилизация” — это

“поедание” уже средств основных: на большинстве предприятий о создании

амортизационных фондов и каком-то поддержании прежнего уровня

производственных мощностей ныне не идет и речи. Именно “экономия” за счет

“бесплатного” использования основных средств представляет собой главную

особенность новейшего этапа эволюции “теневой экономики”.

Негативные последствия экономики переходного периода

За спорами последних лет о реформах и контрреформах, о том, что

преобразования идут плохо или вообще остановились, перестали замечать

совершенно новую социально-экономическую реальность. Реальность не столько

перехода от централизованной к рыночной системе хозяйствования, сколько

формирование устойчиво воспроизводящейся системы высококриминализованных

экономических отношений, характеризующейся рядом признаков:

. огромный вес теневого сектора;

. огромная роль неформальных и вне правовых отношений;

. Колоссальные проблемы — почти тотальная коррумпированность

госаппарата;

. низкая роль права и судебной системы, ее подчиненность

административному аппарату и теневому капиталу.

Интересные сведения:

. пост заместителя министра в России “стоит” 2 млн. долл.;

. подпись председателя Кабинета министров – 10 тыс. долл.;

. государственный кредит под инвестиционную программу можно получить

за 20% от запрашиваемой суммы наличными;

. деньги из бюджета можно получить за 25% от запрашиваемой суммы

наличными. Деньги переводятся на счет какой-нибудь фирмы – и

порядок. Можно закладывать эти деньги сразу в себестоимость

продукции. Это совет консультантов: не обивать московские пороги, а

сразу заплатить эти деньги, поскольку без них производство не

вытащишь;

. сегодня можно получить “портфельный” кредит от 1 млн. до 100 млн.

долл. Его отдадут в портфеле, но нужно подписать обязательство о

выплате определенной суммы.

Одно из следствий формирования соответствующей олигархии, присваивающей

связанные с монополизмом колоссальные доходы, и вместе с тем - обнищание

огромной части населения.

Второе следствие — деградация бюджетной системы (на которой эти клановые

структуры паразитируют, используя такой главный источник сверхдоходов, как

манипулирование с бюджетными ресурсами и государственной собственностью),

рост государственного долга как вынужденное в подобных условиях средство

решения финансовых проблем в обществе. А с этим, как и с отмеченными выше

моментами, сопряжено сужение реального сектора экономики, разорение

значительной части предприятий (согласно имеющимся оценкам, до двух их

третей в реальном секторе не имеют шансов выжить в сложившейся

экономической ситуации, а не менее трети уже фактически находятся в

состоянии банкротов).

Третье следствие — перераспределение национального дохода в пользу

паразитического потребления. Мы видим, как оно растет у рассматриваемой

элитной группы, включая «подставное» потребление, связанное с

развертыванием охранных и других структур, обслуживающих кланы, тогда как

народнохозяйственные сферы, обеспечивающие благосостояние большей части

населения (индустрия народного потребления, здравоохранение, образование и

т.п.), приходят в упадок.

Четвертое следствие — пресловутая утечка российских капиталов за границу:

ежегодно из России вывозится за рубеж до 20 млрд. долл., по другим данным –

около 60 млрд. долл. Вся эта система сегодня устойчиво воспроизводится,

причем главный механизм ее воспроизводства связан с тем, что

сформировавшиеся кланы фактически доминируют в принятии общегосударственных

экономико-политических решений и обладают абсолютной конкурентоспособностью

в сравнении с любыми другими хозяйственными субъектами.

О том, что практически вся мощь госаппарата подчиняется интересам

отмеченных кланов, свидетельствует правительственная денежно-кредитная

политика, политика безудержного наращивания государственного долга, а также

приватизационная политика, которая явно делается по заказу конкретных

коммерческих структур. В этой ситуации весь бюджет направлен на

обслуживание соответствующих интересов. Фактом является, с одной стороны,

огромный перерасход (в 1995 г. — четырехкратный) бюджетных средств по

сравнению с законодательно установленными лимитами на обслуживание

внутреннего долга, на содержание госаппарата, на предоставление казенных

ссуд. С другой, — постоянно (подчас на треть, а то и наполовину)

недофинансируются расходы на социально-культурные нужды и на оборону.

На полные обороты запущены механизмы казнокрадства, не только скрытого,

но и легального. «Классический» пример тут являет ситуация на рынке

государственных обязательств, которые распределяются через обслуживающие

бюджет привилегированные коммерческие банки под сверхвысокий реальный

процент, а затем выкупаются Центральным банком России, осуществляющим чисто

денежную эмиссию.

Фактически ликвидирован механизм контроля власти со стороны общества. Ни

парламент, ни общественные организации не контролируют сегодня не только

Правительство РФ в целом или Банк России, но и отдельные структуры

исполнительной власти, скажем, Министерство финансов или Госкомимущество.

Практически все эти государственные институты превратились в «государства в

государстве». Нельзя дать ни достоверной оценки финансовой политики (ибо

Минфин тщательно скрывает многие данные), ни прояснить картину приватизации

собственности (ГКИ тоже не злоупотребляет гласностью). Впрочем, и в случаях

вскрытия самых серьезных злоупотреблений никаких санкций не применяется.

Это способствует криминализированному распределению собственности и

бюджетных денег. И те кланы, которые в нем участвуют, обладают, стоит еще

раз подчеркнуть, колоссальным монопольным преимуществом, а остальные

хозяйствующие субъекты вынуждены либо как-то к ним пристраиваться, либо

разоряться .

Последние, т.е. предприятия, которые, как и полагается в рыночной

экономике, работают на свой страх и риск, законопослушны и исправно платят

налоги, не имея «крыши» во властных структурах и правоохранительных

органах, по сути обречены на банкротство.

Стабилизирующее влияние теневой экономики

Существует несколько направлений стабилизирующего влияния теневой

экономики на российское общество и его экономку.

Во-первых, с точки зрения хозяйствующих субъектов, она обеспечивает более

эффективные формы экономической деятельности. "Теневая" экономия на

налоговых изъятиях позволяет предприятию увеличить чистую прибыль и дает

предприятию серьезное конкурентное преимущество по сравнению с теми, кто

работает полностью легально.

Во-вторых, стабилизирующее воздействие теневой экономики проявляется в

формировании новых рыночных ниш, а значит, создает условия для выживания

населения в период спада официальной экономики и падения уровня жизни. В

качестве источника новых рабочих мест и дохода теневая экономика выполняет

роль социального стабилизатора, сглаживая чрезмерное неравенство доходов и

уровня жизни, уменьшая социальное напряжение в обществе.

В-третьих, она формирует финансовую базу для негосударственной социальной

деятельности. Спонсорство политической активности, финансирование различных

лоббистских экономических ассоциаций и союзов, а также благотворительность

в сфере искусства (театр, кино и др.) в значительной мере идут за счет

наличных денег, поступающих из теневой экономики. В этом своем качестве она

выступает как средство формирования гражданского общества в его

Страницы: 1, 2, 3


ИНТЕРЕСНОЕ



© 2009 Все права защищены.