реферат скачать
 

Монеты и денежное обращение Древнерусского государства. Возникновение русской денежно-весовой системы.

перечеканки сребреника 1 типа штемпелями II типа, а также из наблюдений над

составом монетных кладов. Вероятное время чеканки монет этого типа — первые

15 лет XI в. Большинство монет II типа происходит из Нежинского клада

(недалеко от Киева) 1852 г.

Монеты III типа (известны 57 экземпляров) выделяются по следующим

характерным признакам: в общем повторяя на обеих сторонах изображения монет

II типа, они отличаются от последних отсутствием нимба вокруг головы князя,

тщательным изображением престола (кресло с высокой и широкой спинкой),

наклоном креста (на всех других монетах он изображен прямо) и, наконец,

почти абсолютной правильностью и полнотой написания легенды: Владимиръ на

столе, а се его сребро. Некоторые элементы рисунка восходят к 1 типу.

Впервые среди монет этого типа встречены экземпляры, происходящие от разных

штемпелей одной из сторон при общем другой. Это свидетельствует о том, что

испорченные штемпели могли заменяться не только парами, но и поодиночке.

Монеты этого типа столь же низкопробны, как и двух предыдущих. Случаи

перечеканки монет II типа штемпелями III типа устанавливают их

относительную хронологию.

Следует отметить, что почти все (четыре из пяти) монеты этого типа,

имеющие высокую пробу (более 840-й), сильно обрезаны. Обломки и обрезки

восточных монет хорошо известны по многочисленным кладам. В кладах первой

половины XI в. они абсолютно преобладают над целыми экземплярами. Так как

низкопробных обрезанных сребреников неизвестно, можно предполагать, что на

Руси хорошо разбирались в качестве обращавшихся монет и функции полноценной

монеты выполнялись только высокопробными монетами.

Монеты IV типа (известно 25 экземпляров) в целом повторяют на обеих

сторонах композиции сребреников II и III типов, отличаясь от них

правильностью рисунка и тщательностью исполнения штемпелей. Скорее всего

все штемпели для монет этого типа изготовлены одним мастером, за

единственным исключением экземпляра, выполненного небрежно и неумело. Среди

монет этого типа встречен экземпляр с уникальной надписью: Владимире

серебро + Съватаго Васила. Такое чтение, как оказалось единственно

возможное, предложил Д. И. Прозоровский. Христианское крестильное имя

Владимира — Василий хорошо известно. По содержанию легенда аналогична форме

надписи на монетах Ярослава Владимировича Мудрого, и это проливает свет на

их взаимную хронологию. Монетами этого типа завершаются эмиссии Владимира.

Такое заключение аргументируется наличием монеты Святополка, штемпели для

которой изготовил мастер монет IV типа. К тому же смешения композиций

изображений и легенд, как правило, происходят только при смене монетных

типов.

На монетах этого типа изображены два вида княжеского головного убора:

высокая русская шапка и низкая шапочка с крестом

на вершине, повторяющая стемму императоров с византийских монет Василия II

и Константина, в чем усматривается намек на равенство русского великого

князя византийским императорам.

Златники. В настоящее время известны 11 золотых монет Владимира,

происходящие от 5—6 пар матриц. Прототипом златникам послужили византийские

солиды императоров Василия II и Константина VIII (976—1025). Как и

византийские монеты, они имеют противоположную ориентацию сторон. На

лицевой стороне изображен сидящий князь, в шапке с подвесками, увенчанной

крестом. В правой руке князя крест на длинном древке, над левым плечом —

княжеский знак в виде трезубца. Вокруг изображения надпись, читаемая справа

налево. Вершины букв надписи обращены к центру монеты. Надпись Владимиръ на

столе заканчивается крестом. На обратной стороне — погрудное изображение

Иисуса Христа в кресчатом венце с благословляющей правой рукой и Евангелием

в левой. Вокруг надпись: Iсусъ Христосъ. Изображения обеих сторон заключены

в круговые бусинные ободки. Известен и другой вид надписи лицевой стороны:

Владимиръ, а се его злато.

Почти все златники происходят из двух кладов — Пинского 1804 г. и

Кинбурнского 1863 г., содержавших также золотые византийские монеты.

Высокая проба златников (916—958) соответствует золоту византийских солидов

конца Х— начала XI в. Этот факт является еще одним аргументом в пользу

принадлежности златников Владимиру Святому, а не Владимиру Мономаху, так

как проба солидов к концу XI в. упала до 350. Анализ стиля изображений и

почерка букв и надписей позволяет заключить, что штемпели златников резали

два мастера, причем один из них изготовил и штемпели большой группы

серебряных монет.

Вес златников заключен в пределах 4,0—4,4 г., т.е. соответствует

весовой норме византийских солидов. Со временем вес златника стал русской

единицей веса — золотником (4,266 г), точно соответствующим 1/96

позднейшего русского фунта.

Монет с именем Святополка известно 50 экземпляров, происходящих от 30

пар различных штемпелей. На лицевой стороне помещено изображение князя на

престоле, близкое сребреникам IV типа Владимира, и круговая надпись, часто

выполненная с ошибками, но читаемая легко: Святополк на столе. На обратной

стороне изображение княжеского знака в виде двузубца, левый зубец которого

завершается крестом. Вверху между зубцами небольшой знак в виде

равноконечного креста с кружками на концах и над-[ись: А се его серебро.

Изображения на обеих сторонах заключены в двойные бусинные ободки, идущие

по краю монеты. \. П. Сотниковой и И. Г. Спасским выявлена работа трех

мастеров монет Святополка, один из которых резал и штемпели монет IV типа

Владимира. А. В. Орешников относил эти монеты к чекану великого князя

Святополка-Михаила Изяславича (1093—1113). ошибочность такой атрибуции,

помимо исключительной стилистической близости монет IV типа Владимира и

Святополка, докатается принципиальным различием помещенных на них княжеских

знаков. На монетах Святополка Изяславича следовало бы ожидать знак,

производный от трезубца и подобный знакам сыновей и внуков Владимира 1. Так

как Святополк был приемным сыном Владимира, а фактически приходился ему

племянником, он, видимо, использовал знак, производный от неизвестного пока

знака своего отца Ярополка Святославича. Этот последний должен был

восходить, как и знак Владимира 1, к известному по печати знаку в виде

двузубца их отца Святослава Игоревича. Можно предполагать, что в борьбе за

киевский престол Святополк сознательно противопоставлял себя как Ярополчича

своим двоюродным братьям Владимировичам. Абсолютное большинство монет

Святополка также низкопробные.

Монеты с именем «Петрос». Известны 4 монеты, представляющие особый

тип, примыкающий к чекану Святополка. Все они отчеканены разными

штемпелями, но сходство в деталях рисунка, одинаковое начертание букв

надписей и оригинальное расположение легенд позволяют заключить, что все

штемпели сделаны одним резчиком. Атрибуция этих монет является самым

сложным вопросом классификации древнерусского чекана. И. И. Толстой в

надписи читал имя Георгия (крестильное имя Ярослава Мудрого) и на этом

основании относил их к чекану Ярослава. А. В. Орешников связывал их с

чеканкой Ярополка-Петра Изяславича, князя вышгородского (1077—1078). М. II.

Сотникова и И. Г. Спасский убедительно восстановили легенду этого типа,

прочитав ее следующим образом: Петрос Петрос и Огеос Петрос («Петр, Петр»,

«святой Петр»). По всем иконографическим признакам на лицевой стороне

изображен апостол Петр, а никак не св. Георгий, изображавшийся по

византийским канонам не только без бороды, но и без усов. Особое значение в

правильном определении этих монет приобретает атрибуция княжеского знака,

помещенного на обратной стороне. В. Л. Янин, не усматривая принципиальной

разницы в княжеских знаках на монетах Святополка и с именем «Петрос»,

считает последние также принадлежащими Святополку, а в имени «Петр» видит

его крестильное имя. А. В. Орешников обратил внимание на различие в

дополнительных значках, помещенных между зубцами княжеских знаков, на

монетах Святополка и именем «Петрос» и на монетах еще одной группы со

знаком Святополка с изначально испорченной легендой, в которой уверенно

читается только имя «Петор». Эта группа состоит из 9 монет, происходящих от

6 пар штемпелей, также изготовленных одним мастером-резчиком. Характерно,

что на них изображен не святой, а князь в нимбе и с прямо стоящим крестом в

правой руке. На обратной стороне между зубцов княжеского знака находится

дополнительный значок в виде полумесяца, рогами обращенного вверх. А. В.

Орешников определил их принадлежность к чекану великого князя Изяслава-

Дмитрия Ярославича (1054—1078), а И. И. Толстой — к чекану Ярослава

Мудрого. И. И. Толстой и на монетах этой группы увидел искаженное имя

«Георгия», а Н. П. Петров — имя «Дмитрий». Н. Д. Мец, придав принципиальное

значение значкам, помещенным между зубцами княжеских знаков, пришла к

выводу о соответствии каждому имени на монете определенного значка:

Святополку — крест, Петру — якорь, и Дмитрию — полумесяц, а также об

одновременности чеканки монет Владимиром Святославичем и его сыновьями.

Среди монет с именем «Петр» как в форме «Петрос», так и «Петор» нет

высокопробных, а большинство из них имеют только следы серебра. Этим,

вероятно, объясняется и ограниченный ареал монет Святополка и с именем

Петра, находки которых неизвестны за пределами Киевского, Черниговского и

Переяславского княжеств.

М. П. Сотникова и И. Г. Спасский пришли к выводу о принадлежности

Святополку Окаянному монет трех типов: с именем Святополка и Петра в двух

вариантах написания. Таким образом, устанавливается неизвестное по

письменным источникам крестильное имя Святополка — Петр, о чем уже писал В.

Л. Янин. Что касается одного из «претендентов» на монеты с именем «Петр»—

князя Ярополка Изяславича, то его в крещении звали Гавриилом, а имя «Петр»

он получил в период своего недолгого католичества.

Можно предполагать, что монеты с именем «Петр» Святополк чеканил,

когда в 1018 г. вторично на короткое время захватил стол в Киеве. Известно,

что помощь в этом ему оказывал польский король Болеслав Храбрый, на дочери

которого Святополк был женат.

Ярославле серебро. Совершенно оригинальную группу древнерусских монет

составляют сребреники с надписью «Ярославле серебро». Именно такая монета

была найдена в конце XVIII в. в Киеве среди различных привесок к иконе в

одной из церквей и стала первой русской монетой, известной историкам и

собирателям. Этот экземпляр оказался единственным, обнаруженным на

территории южных княжеств, все остальные находки тяготеют к северо-западным

окраинам древнерусского государства. Эта монета сразу же была отнесена к

чекану Ярослава Владимировича Мудрого. Научное обоснование такой атрибуции

первым предложил академик А. А. Куник в 1860 г. Монеты Ярослава Мудрого

выделяются оригинальностью типа, изяществом и необыкновенной тщательностью

исполнения.

На лицевой стороне имеется погрудное изображение св. Георгия в плаще,

прямо, с копьем в правой руке и щитом в левой. По сторонам греческая

надпись святой Георгий, расположенная колонками и читаемая сверху вниз.

Вокруг изображения и по краю монеты точечные ободки, между которыми розетки

из точек, расположенные крестообразно. На обратной стороне изображен

княжеский знак в виде трезубца. Средний зубец завершается кружком с точкой

внутри. Еще пять точек расположены внутри крайних зубцов и нижней

перекладины. Вокруг надпись Ярославле серебро, читаемая слева направо.

Вершины букв направлены к краю монеты. Вокруг изображения и по краю монеты

точечные ободки, между которыми крестообразно расположены буквы АМН, т. е.

аминь.

Известны три пары штемпелей этих монет, сделанные одним резчиком.

Прототипом для изображения св. Георгия на этих монетах явилось его

изображение на византийских печатях, на которых аналогичным образом

расположена и надпись, а также встречается слово «аминь», неизвестное на

монетах. Стилистическую и иконографическую близость древнейших русских

монет и печатей Х—XI вв. отмечал ряд исследователей. Она стала очевидной

после находки в 1955 г. при раскопках в Новгороде печати сына Владимира 1

князя Изяслава Владимировича. Пока это древнейшая из сохранившихся русских

булл. На ней изображен княжеский знак, очень близкий знаку на монетах как

Владимира, так и Ярослава. Знак снабжен дополнительным кружком, завершающим

левый зубец тамги, а на знаке Ярослава он завершает средний зубец.

Топография находок «Ярославля серебра» и отсутствие в надписи обычной

формулы «на столе» позволяют предположить, что Ярослав Мудрый чеканил эти

монеты в Новгороде до занятия великокняжеского стола в 1019 г. Наиболее

вероятной представляется датировка этих монет 1014—1015 гг. В ее пользу

может говорить и притяжательная формула легенды, совпадающая с формулой

«Владимире серебро» на одном из штемпелей сребреников IV типа Владимира,

датирующихся последними годами его княжения. Все сребреники Ярослава имеют

высокую пробу (960), что также может служить косвенным аргументом в пользу

их чеканки в Новгороде, через который осуществлялось в основном поступление

на Русь высокопробных западноевропейских монет.

Еще одну оригинальную группу монет представляют так называемые

скандинавские подражания Ярославлю серебру, или Ярославле серебро малого

веса. Все 6 экземпляров монет этой группы найдены в кладах XI в. на

территории Скандинавии и Прибалтики и хранятся в музеях Скандинавии. На

лицевой стороне этих монет помещено погрудное изображение св. Георгия с

пояснительной надписью, на обратной стороне — княжеский знак в виде

трезубца и круговая надпись: Ярославле сребро. Их отличие от описанных выше

«обычных» монет Ярослава Владимировича заключается в сравнительной

небрежности и определенной грубости работы, меньших размерах и вдвое

меньшем весе. Мнения исследователей о месте и времени чеканки монет этой

группы разделились. Одни отстаивают их скандинавское происхождение и

считают более ранними по времени чеканки, другие полагают, что они

отчеканены в Новгороде позже чеканки монет большого веса, может быть в 1018

г., когда, по сообщению летописи, новгородцы «начаша скот собирати» для

найма варяжской дружины в помощь Ярославу в борьбе за великокняжеский стол.

Латинское написание буквы «р» в слове «Ярослав», определенное сходство этих

монет со скандинавскими позволяет предположить, что штемпели резал мастер-

иностранец. Однако главный вопрос — где и кем чеканились сребреники

Ярослава малого веса — остается открытым, и русскими эти монеты в настоящее

время можно признавать лишь условно.

Метрология древнерусских монет. Еще И. И. Толстым было высказано

мнение, что древнерусские сребреники чеканились без соблюдения какой-либо

весовой нормы. Однако метрологическое изучение древнерусских монет

устанавливает их весовую норму в пределах 2,9—3,3 г, что точно

соответствует норме древнерусской куны в южнорусской .денежно-весовой

системе. Что касается Ярославля серебра, то вес четырех хорошо

сохранившихся экземпляров превышает норму ногаты—3,41 г, при очень высокой

пробе (960) апробированных монет. Вес малых монет Ярослава заключен в

пределах 1,18—1,57 г, что говорит о другой денежно-весовой системе и может

служить дополнительным аргументом в пользу их скандинавского происхождения.

Еще Б. Кене, которому был известен всего один экземпляр такой монеты,

отметил ее сходство в весе с монетами англосаксонского чекана.

Монеты Михаила-Олега Тмутараканского. Совершенно особую группу

древнерусских монет составляют известные только в нескольких экземплярах

серебряные монеты оригинального типа. На их лицевой стороне помещено

погрудное изображение архангела Михаила, а на оборотной стороне — строчная

благопожелательная надпись: «Господи, помоги Михаилу» — формула, хорошо

известная по памятникам русской сфрагистики. Принадлежность этих монет

князю Михаилу-Олегу Святославичу, сыну основоположника черниговской

династии Святослава Ярославича, не вызывает сомнений. Этот князь дважды

оказывается в Тмутаракани — первый раз он бежит туда после поражения в

битве на Нежатиной ниве в 1078 г. Во второй раз он захватывает Тмутаракань

в 1083 г. после своего заточения в Византии на острове Родос и княжит здесь

до 1094 г. Вероятно, именно с этим временем следует связывать чеканку

Олегом монет. Известно, что на Таманском полуострове, скорее всего именно в

Тмутаракани, в конце Х—XI в. осуществлялась чеканка серебряных, биллоновых

и медных подражаний византийским милиарисиям Василия II и Константина VIII

(976—1025). Все монеты Олега-Михаила найдены в пределах Тмутараканского

княжества, и они никогда не имели общерусского значения.

Итак, на общем фоне истории русского денежного обращения чеканка

древнерусских монет представляется явлением эпизодическим, кратковременным.

Тем не менее она сыграла определенную роль не столько в плане

удовлетворения реальных потребностей в монете денежного обращения Руси,

сколько в смысле декларирования суверенитета и экономической мощи

Древнерусского государства.

Денежные слитки.

Крупные платежные операции в средневековой Руси обеспечивались

серебряными слитками. На территории древнерусского государства обращались

слитки различного веса и вида, но преобладающее значение имели так

называемые киевские и новгородские гривны. Их названия условны и связаны с

местами первых находок этих интересных памятников русского денежного

обращения.

Киевские гривны XI —XIII вв. представляют собой литые слитки

шестиугольной формы. На протяжении всего периода своего бытования они

сохраняли устойчивый вес около 160 г. Это позволяет связывать их весовую

норму с весом византийской литры — 327,456 г и считать ее равной 1/2 литры

163,728 г.

Общую датировку киевских гривен подтверждающих совместные находки с

византийскими монетами XI — XII вв. Они появились, скорее всего, в середине

XI в. и бытовали вплоть до монголо-татарского нашествия. Их ареал

охватывает почти всю территорию Киевской Руси, но большинство находок

концентрируется в ее южных районах.

Новгородские гривны-слитки имели совершенно другой вид и вес. Это

Страницы: 1, 2, 3, 4


ИНТЕРЕСНОЕ



© 2009 Все права защищены.