реферат скачать
 

Монетаризм - версии экономического роста и взгляд на роль государства

производства на единицу труда с постоянной эффективностью.

Рисунок 4-Б.

Технический прогресс вызывает прирост эффективности труда с постоянным

темпом g. Следовательно, выпуск на одного рабочего тоже растёт с темпом g.

Прирост запасов капитала с ростом технического прогресса снизится:

. Устойчивый уровень капиталовооруженности k* будет достигнут,

когда инвестиции полностью смогут компенсировать уменьшение k из-за выбытия

капитала, роста населения и технического прогресса: . При

равновесии k* будет отражать устойчивый уровень капиталовооруженности

единицы труда с постоянной эффективностью (см. рис. 4-Б). Соответственно,

устойчивый уровень потребления составит . Итак,

максимальный устойчивый уровень потребления гарантируется таким объемом

накопления k**, который достигается при выполнении золотого правила с

учетом роста населения и технического прогресса:

Так как выпуск на одного работника в устойчивом состоянии растет

темпом g; то валовой выпуск растет темпом n + g. Именно этому темпу выпуска

должен соответствовать чистый предельный продукт капитала, чтобы достичь

максимального объема потребления в устойчивом состоянии экономики, т. е.

МРК - = n + g.

Модель Солоу показывает, что увеличение сбережений приводит в

краткосрочном плане к увеличению капитальных запасов и объему производства.

Но это происходит только до момента достижения равновесного состояния

экономики при устойчивом уровне капиталовооруженности. В долгосрочном плане

рост производства зависит от темпа технического прогресса. Только этот

экзогенный фактор может поддержать непрерывный рост производства, а значит

и рост потребления.

3. Экономическая политика монетаризма.

"Денежная масса — главный макроэкономический параметр…" (К.Брунер)

Монетаристы, являются последователями школы классической политической

экономии Адама Смита и исповедуют идеалы свободы рынка и

предпринимательской деятельности. По их мнению, рынок имеет огромные

внутренние ресурсы к самолечению и самостабилизации, а любое вмешательство

в суть рыночных процессов оказывает негативное влияние на экономическую

жизнь страны. Монетаристы видят в дискреционной (т.е. проводимой «по своему

усмотрению») политике правительства главное зло.

Для монетаристов главное — обеспечить ценовую стабильность,

устойчивость денежной единицы. Состояние показателей «реального» сектора

определяется в их моделях структурными факторами и не может быть изменено

средствам и экономической политики. Поэтому они выступают против

«активизма» и стремления устранить циклические колебания конъюнктуры.

Важным объектом макрорегулирования, влияющим на объем и динамику

инвестиций, у монетаристов выступает объем денежной массы.

Еще в работе 1948 г. «Монетаризм и фискальные рамки для экономической

стабильности» М. Фридман выдвинул идею регулирования объема денежной массы

автоматическим способом, выступая против волевых решений ФРС. Здесь он

формулирует функции государства: создание стабильных политических, правовых

и экономических условий для обеспечения состояния полной определенности.

Средствами для достижения этих целей являются «политическая свобода,

равенство исходных экономических условий и конкурентный порядок».

Далее он предполагал сочетать монетаристскую и бюджетную политику

посредством влияния государственного бюджета на объем денежной массы, а

также сохранять на неизменном уровне такие элементы бюджета, как общая

сумма расходов, трансфертные платежи, ставки налогообложения.

В периоды циклических спадов будет образовываться дефицит бюджета, в

период подъема — положительное сальдо. При этом объем денежной массы будет

автоматически следовать за состоянием бюджета: дефицит будет означать

уменьшение количества денег, положительное сальдо — их увеличение.

Однако позже М. Фридман упростил метод автоматического регулирования

объема денежной массы, сведя его к так называемому «денежному правилу»:

устойчивый прирост количества денег из года в год, совпадающий с ежегодным

темпом роста реального ВНП в длительной перспективе. Фридман определяет

этот показатель на уровне 3—5% в год.

Темп роста денежной массы для обеспечения постоянного уровня цен

зависит, по Фридману, также и от эластичности спроса на деньги по доходу.

Это значение Фридман определяет равным 2, то есть «1% роста реального

дохода соответствует 2% прироста реального количества денег и 1% роста

отношения «наличность/доход»4.

При этом М. Фридман настаивает на жестком соблюдении своего «денежного

правила»: без учета колебаний экономической конъюнктуры из месяца в месяц,

из года в год объем денежной массы должен изменяться по введенному

нормативу.

Долгое время ФРС не внимала рекомендациям монетаристов о применении

«денежного правила». И только возросшая инфляция, нестабильность валютных

курсов и непрекращающийся рост процентных ставок в начале 70-х гг.

заставили ФРС пересмотреть свои позиции. Так, в 1974 г. западногерманский

Бундесбанк объявил о введении ориентиров роста банковских резервов и

наличных денег на 12-месячный период. В том же году Швейцария ввела

показатель допустимого роста объема денежной массы (агрегата Ml). В 1975 г.

Конгресс США обязал ФРС публиковать в печати основные макроэкономические

показатели состояния финансовых рынков: агрегаты Ml, M2 и МЗ; основные

процентные ставки, а также доходность по государственным облигациям (бонов)

3-, 6-месячным и 10-летним.

За США последовали Великобритания, Франция и другие европейские

страны.

Для стран-членов ЕЭС были приняты параметры: прирост объема денежной

массы (не более 5—8% в год), изменение валютного курса (не более 5—6% в

год).

Другим важным пунктом при определении экономической политики

государства стало признание существования длительных и непредсказуемых

лагов между изменением денежной массы и сдвигом в производстве.

М. Фридман ссылается на статистические расчеты, проведенные им

совместно с А. Шварц, согласно которым поворотные точки темпов роста (или

замедления) денежной массы нам кого опережают поворотные точки

хозяйственного цикла — в среднем на 16 месяцев в случае подъемов и на 12

месяцев — в случае циклических спадов. Дискреционная политика ФРС может не

только не иметь положительных последствий, но и нанести серьезный вред,

поскольку ее эффект проявится через много месяцев после применения мер в

совершенно иной обстановке.

Считается, что популярность монетаризма была подогрета

распространением либерально-консервативной идеологии в политическом

мышлении Запада.

Сам Фридман, анализируя результаты монетаристской политики в разных

странах, был далек от безудержного оптимизма по поводу ее «лечебных»

свойств. Он писал, что монетарные рычаги настолько чувствительны, что

пользоваться ими нужно очень осторожно. Ведь «наше знание о взаимосвязях

между денежной массой, ценами и производством настолько ограничено, что

оперирование ими на практике может принести больше вреда, чем пользы».

В свое время он заявил, что «боится приписывать монетарной политике

большую роль, чем она в состоянии выполнить; боится требовать от нее

результатов, которые она не может дать и, в конце концов, боится не дать ей

сделать того, что она сделать действительно в состоянии».

Итак, мы рассмотрели общие позиции взглядов монетаристов на

экономическую политику и «денежное правило» Фридмана, теперь перейдём к

практическим рекомендациям.

3.1.Практические рекомендации и выводы.

1. Политика Центробанка должна ориентироваться на долгосрочную

перспективу, сокращая по мере возможности свое участие в акциях "быстрого

реагирования". Финансовая система не эффективна, поскольку дефицитное

финансирование и накачивание спроса расшатывают систему. Стратегической

целью поэтому следовало бы избрать курс на сокращение государственного

участия в распределении и потреблении ВНП.

2. Согласно "денежному правилу" увеличение денежной массы надо

проводить систематически, но постепенно и независимо от конъюнктуры и

циклических колебаний. Иначе говоря, денежную массу следует наращивать шаг

за шагом. В дальнейшем исследования шли по пути конкретизации денежного

правила, разработки механизмов его осуществления и соответствующего

реформирования Федеральной Резервной Системы.

3. Центральный банк должен взять на себя обязательство не допускать

сезонных и прочих колебаний денежной массы, поддерживать стабильный темп ее

роста.

4. Федеральные резервные банки необходимо лишить права регулировать

кредитную деятельность коммерческих банков, а также права маневрировать

нормами обязательных резервов. Для этого предлагалось ввести 100-процентное

обеспечение депозитного ресурса коммерческих банков (наличными или вкладами

в Центробанк). Практически эта мера устраняла частичное покрытие

обязательными резервами кредитной эмиссии коммерческих банков.

Эффект последнего решения многогранен, но плохо предсказуем. С одной

стороны, достигается устойчивое обеспечение банкнот (кредитных билетов

Центробанка) и, соответственно, чеков. С другой — предполагается сужение

мультипликационных возможностей коммерческих банков, т. е. резкое

ограничение произвольной кредитной экспансии. Тем самым, по мысли

монетаристов, перекрываются каналы дополнительной денежной эмиссии, которая

обычно служит источником для "быстрого реагирования".

Итак, денежное правило М. Фридмана — это своего рода обруч,

стягивающий дискретное управление спросом на деньги, сдерживающий

использование печатного станка для покрытия государственных расходов.

В мире свободного предпринимательства не должно быть "управляемых властями

денег" — считают монетаристы. Введение нового денежного правила в жизнь

оказалось совсем не простым делом.

3.2.Дальнейшее развитие экономической политики.

Какой денежный агрегат должен контролироваться: М, или М2? В условиях

широкого распространения разного рода кредитных субститутов (векселей,

сертификатов и пр.) наряду с наличными и чеками обращаются достаточно

ликвидные "почти-деньги". Разделительную линию между ними провести трудно.

Каков должен быть разрешаемый прирост денежной массы? М. Фридман

рекомендует ориентироваться на устойчивый прирост ВНП и долговременную

тенденцию к замедлению скорости обращения денег. Первый фактор требует в

США 3-х процентного прироста М, второй дополнительно еще 1%. А в целом

ежегодное увеличение денежной массы не должно выходить за пределы 4%.

Последовали обвинения монетаристов в "механическом подходе", в

негибкости. У ряда монетаристов возникла идея "вилки", т. е. введения

верхнего и нижнего пределов возрастания денежной массы.

Но вместе с ухудшением экономической конъюнктуры популярность идеи

"денежного правила" возрастала. Новая программа действий была взята на

вооружение сначала рядом западноевропейских банков (1974—1977 гг.). Вилку

колебаний установили там применительно к М3 .В 1976-1977 гг. вилка

составляла 9-13%, а затем в 1979-1981 гг. уже 7—11% ежегодного прироста.

В США вокруг денежного правила развернулась острая

борьба. ФРС пыталась сочетать его применение с сохранением элементов

дискретности. Но вилку на денежные агрегаты все же установила, хотя и

пересматривалась она во второй половине 70-х гг. практически ежеквартально,

конечно же в сторону повышения квот. Только в конце 70-х гг., когда

инфляция в Штатах и подрыв международных позиций доллара стали угрожающими,

ФРС были предприняты шаги по резкому ограничению эмиссии и росту денежной

массы. В последующем ФРС вновь вернулась к практике сочетания

монетаристских рецептов и кредитно-денежной поддержки конъюнктуры.

Возвращение к либеральной денежной политике оставалось внутренним

кредо Центробанка. Противники монетаризма ссылались обычно на то, что

несмотря на введенные новые правила, в начале 80-х гг. экономический спад

вновь настиг США. Сами же монетаристы полагают, что бюрократический аппарат

ФРС никогда всерьез не желал переломить старые традиции, ревностно охранял

свои права и привилегии. Пойти на жесткое ограничение эмиссии в конце 70-х

гг. их заставило только отчаянное состояние доллара и требования

Международного Валютного Фонда.

3.3.Парадокс монетаристской политики.

В высказанных до сих пор взглядах существует монетаристов по поводу

денег и монетарной политики. С одной стороны, М. Фридман и его сторонники

призывают "Не трогать деньги!", объясняют кризисы, инфляцию и безработицу

прежде всего вторжением государства в кредитно-денежную сферу, где оно

орудует "подобно слону в посудной лавке". С другой стороны, способы лечения

экономики напрямую связаны у монетаристов с контролем за состоянием

денежной массы, соотношением М1 и М2, их темпами и взаимодействием.

Гипотез и парадоксов, порою кажущихся, действительно в учении

монетаризма достаточно и, размышляя над ними, можно прейти следующим

результатам.

Являясь отражением практики, эмпирическая теория не может быть гладкой

и определенной. Внутренняя логика присутствует в исследовании, но ее

восприятие затруднено. В абстрактной схеме, оторванной от реальной жизни,

структура и логика подчас более очевидны.

Монетаристы часто повторяют: не трогайте деньги, но ведь их

реформированию Центробанка по сути дела построены на том, чтобы обеспечить

и сохранить автономию, самостоятельность долгосрочной денежной политики,

освободив её от решения задач «быстрого реагирования».

Но связь между деньгами и реальным производством всё же существует. И

здесь таится особая сложность моделирования процессов, а также уязвимое

звено монетаристской концепции.

Денежное обращение относительно самостоятельно в своей динамике,

проявлениях. Оно, возможно, более других секторов экономики подвластно

воздействию поведенческих рефлексов людей, массовым ожиданиям, ажиотажу.

Импульсы, идущие от денежной сферы в производственную, имеют как это

доказано эмпирически, значительное временное запаздывание. Прогнозирование

«выходов в производство» напоминает поиск тропы в джунглях и вызывает

головную боль у экономистов в США, Европе и нашей стране. Думается

однако что время для отказа от дискретной политики на национальном уровне

ещё не наступило.

4.Монетаризм и Россия проблемы совместимости.

Стало уже общим местом утверждение, что теоретической и идеологической

основой «шоковых реформ» в России и во всей Восточной Европе является

современный монетаризм. Однако трудно представить, чтобы столь

авторитетная, глубоко разработанная и широко принятая экономическая

доктрина могла быть научным обоснованием для столь провальной хозяйственной

политики. Возникает вопрос, являются ли «шокотерапевты» действительными

представителями научного монетаризма или это попросту самозванцы, которых

всегда немало объявлялось в смутные времена на Руси?

Как было показано выше, основное содержание монетаристской теории

состоит в выяснении факторов, определяющих движение спроса на деньги. В

России же за монетаризм выдаётся некоторое теоретизирование по поводу

предложения денег, хотя сама возможность такой экономической теории самим

монетаризмом отрицается.

Такая подтасовка, разумеется, не случайна, ибо вопрос о спросе на

деньги – это вопрос о фундаментальных факторах хозяйственной системы и её

институциональной структуре, её целевой функции и функциональном механизме,

словом, о природе системы. Задача шокотерапевтов состояла в том, чтобы

обойти все эти особенно сложные в условиях реформируемой России, и потому

неприятные вопросы, и свести проблему макроэкономической стабилизации к

ограничению предложения денег и замедлению роста цен.

В рамках нормального монетаризма, основанного на анализе спроса,

стабилизации к ограничению предложения денег и замедлению роста цен

означает стабилизацию всей хозяйственной системы; рецепты же

фальсифицированного монетаризма, игнорирующего анализ факторов спроса на

деньги, не могли не привести к экономической дестабилизации. Это не

укрылось от внимания широкой публики, и шокотерапевты стали посыпать

псевдоучёные головы пеплом, рыдая по «годам, потерянным для реформ».

Обратимся теперь к факторам, определяющим спрос на деньги в

трансформируемой экономике вообще и в условиях России в частности. Согласно

Фридману спрос на деньги определяется действием трёх основных факторов: 1)

общей суммой богатства, которым владеет общество; 2) издержками с которыми

связано получение дохода от денежной формы богатства в сравнении с

издержками получения аналогичного дохода от других форм богатства; 3)

целями и предпочтениями собственников богатства.

Именно исходя из предпосылки, что действие перечисленных факторов в

короткосрочном плане стабильно и способно изменяться лишь постепенно в

течение очень продолжительного времени, Фридман и сделал свой центральный

вывод о том, что суммарный спрос на деньги относительно устойчив и не может

служить причиной инфляции.

Для последней четверти века в развитии стран Запада эта предпосылка

оказалась в общем верна. Но верна ли она для стран с централизованной в

прошлом экономикой, реформируемой шоковыми методами? И в особенности для

современной России?

Начнём с первого фактора – с общей суммы богатства. Если оценивать

национальное богатство как капитализированный доход (а именно так подходит

Фридман), то уже за два первых года шоковых реформ в России произошёл

катастрофический переворот в его суммарном объёме и структуре.

Скачкообразный переход к мировым ценам и стандартам конкурентоспособности

резко обесценил и сократил в итоге в несколько раз продукцию и капитал в

основной сфере деятельности – в обрабатывающей промышленности.

Особенно важно подчеркнуть, что обесценился и в значительной мере

разрушился человеческий капитал – главная форма богатства для подавляющей

части населения. При этом правда, возросла ценность продукции и капитала

(несмотря на сокращение их физического объёма) в добывающих отраслях и

вообще у «естественных монополий».

Однако в целом капитал России, оцененный как капитализированный доход,

сократился за период 90-95-гг не менее чем в 1,5 - 2 раза. Следовательно,

указанный фактор в итоге действовал в направлении сокращения спроса на

деньги (в их реальном исчислении). Причём это сокращение проходило не

линейно, а подобно волнам землетрясений с передачей в ходе «обвальной»

приватизации очередной «порции» национального богатства из нерыночной в

рыночный сектор, где большинство начинало обращаться как товар, спрос на

реальные деньги резко возрастал, но затем, в ходе быстрого обесценивания

подавляющей части этого богатства по мере углубления кризиса, этот спрос

ещё резче сокращался.

Понятно, что сокращение суммарного спроса на деньги не может явиться

причиной их нехватки; наоборот, оно способно вызвать их избыток и инфляцию

даже без дополнительной эмиссии. Этот общий избыток денег сосуществует с

острой нехваткой оборотных средств у значительной части или даже

большинства фирм, порожденной их неконкурентноспособностью в условиях новой

системы цен, падения уровня доходов и сжатие совокупного спроса.

Где же в таком случае концентрируется денежный капитал? Очевидно там,

где он способен принести наибольший доход с наименьшими издержками. И здесь

мы обращаемся ко второму (структурному) фактору, определяющему, по

Фридману, суммарный спрос на деньги: как влияет “трансформационный кризис”

на соотношение по доходности и по издержкам между денежными и неденежными

формами богатства?

В условиях кризиса и фактической конвертируемости национальной валюты

падение доходов от не денежного богатства и обесценение последнего (включая

физические блага и человеческий капитал) означает одновременно

относительное возрастание доходности (денежной и не денежной) обладания

денежной формой богатства и её относительной ценности. Учитывая, что и

соотношение издержек использования различных форм богатства меняется в

сторону денежной формы, легко понять, почему владельцы богатства стремятся

значительно большую, чем в нормальных условиях, его часть переместить в

денежную форму.

Мы получаем таким образом для современной России две

противоборствующие тенденций, первая из которых направлена на сокращение

суммарного спроса на реальный денежный капитал, а вторая – на его

увеличение.

Наконец, третий фактор. Фридман пишет: «Чтобы теория стала эмпирически

содержательной, необходимо предположить, что вкусы и предпочтения остаются

постоянными на значительных временных интервалах, хотя в действительности

они зависят от объективных обстоятельств и, разумеется, меняются. Например,

когда люди путешествуют или ждут каких-то потрясений, изменений они

стремятся увеличить денежную форму своего богатства. Эту тенденцию мы часто

наблюдаем в периоды войн». Можно добавить: и в периоды гражданских

экономических войн, когда одна часть населения, используя силу,

политический шантаж, обман и множество явно противозаконных способов,

присваевает себе богатство и доходы, принадлежащие другой части населения и

всей нации в целом.

Непрерывно продолжавшееся падение производства в России,

незащищённость прав и самой жизни граждан – всё это ведёт к деформации

целей и предпочтений владельцев богатства в пользу денежной его формы.

Явное «предпочтение ликвидности», неравномерный, но очевидный рост

спроса на деньги при общем падении доходов проявляется не только в

увеличении реальной суммы банковских депозитов, продолжающейся незаметной

денежной эмиссии, но и в «весомом, зримом» ввозе в страну десятков тонн

бумажной валютной массы в обмен на миллиарды тонн физических благ. При этом

человеческий капитал, создававшийся общенациональными усилиями, вывозится

бесплатно.

Итак, исходя из методологии самого Фридмана, как следует ответить на

центральный вопрос монетаризма применительно к современной России: можно ли

считать спрос на деньги в этой стране устойчивым в длительном плане? Ответ

может быть только один: ни одной из основных предпосылок такой устойчивости

в стране пока не существует.

В рассмотренных выше российских условиях несостоятельны утверждения,

будто рост цен, инфляция – это всегда результат денежной эмиссии. Формально

упоминая, что «важным фактором является спрос на деньги», шокотерапевты

настаивают на том, что «предложение денег играет центральную роль». Отсюда

делается вывод, будто сжатие денежной массы это главный путь

макроэкономической стабилизации. «В принципе задачи и инструменты

макроэкономической стабилизации в России те же, что и в других странах».

Это и есть образец «чахлой и грубой карикатуры» на монетаризм.

Подход научного, а не карикатурного монетаризма к проблемам

макроэкономической стабилизации в России состоял бы, очевидно, прежде

всего, в том, чтобы найти пути рыночной стабилизации спроса на деньги. Для

этого потребовалось бы выполнить ряд минимальных условий, вытекающих из

самих основ монетаристской теории:

- большинству населения (а не его 10-15%) следует обеспечить реальный

выбор между различными формами богатства, включая денежную, и устойчивую

доходность богатства;

- из предыдущего вытекает необходимость добиться как минимум

стабильности производительности труда и эффективности всего национального

хозяйства в целом при высокой занятости ресурсов (вместо их 45% занятости);

- обязательна также свободная конкуренция, обеспечивающая гибкость

цен и зарплат (вместо их жёсткости на базе абсолютно преобладающего

монополизма цен, корпоративной природы одних зарплат и превращения в

социальное пособие других).

При отсутствии этих выдвинутых самим монетаризмом, предпосылок,

стремление стабилизировать цены путём сжатия денежной массы ведёт к ещё

большему разрушению богатства и доходов большинства населения, к углублению

экономического кризиса. Иначе говоря, рекомендации шокотерапевтов ведут к

подрыву той объективной базы, на котором в будущем монетаристская теория

могла быть применена в России. По адресу таких «монетаристов» Милтон

Фридман должен был бы воскликнуть: «Избави нас бог от друзей, а с врагами

мы справимся».

Выводы

Итак, в работе были рассмотрены: учение монетаризма как таковое, а

также монетаризм в частях, касающихся взглядов на экономический рост и роль

государства. Отдельно была рассмотрена проблема применения монетаризма в

России, необходимые условия и причины неудачи.

Подведём итоги, так что же такое монетаризм? Монетаризм – это система

экономических и мировоззренческих взглядов и убеждений на социальное

устройство и экономическую жизнь общества, понимание роли государства в

экономических процессах. С точки зрения мировоззрения монетаристы являются

свободными индивидуалистами, пропагандирующими сдержанность и дисциплину в

экономической жизни. Монетаристы стоят за свободу экономической жизни и

предпринимательской деятельности, полагаясь на внутрерыночные механизмы,

которые, по их мнению, работают лучше любой активной государственной

политики, посему они стараются ограничить роль государства в экономической

системе страны.

В разделе посвящённому экономическому росту рассматривались две

модели: Функция Кобба-Дугласа и модель Солоу.

Функция Кобба-Дугласа рассматривает пути увеличения эффективности

производства путём комбинации факторов капиталовооружённости труда и самого

труда и включает три свойства, описывающих их соотношения.

Модель Солоу отвечает путём анализа различных фактора на три вопроса:

как добиться высоких и стабильных темпов роста, как одновременно с этим

найти максимальный объём потребления, и какое влияние на экономический рост

оказывает увеличение населения и внедрение новых технологий.

В разделе о взглядах на роль государства рассматриваются общие

положения и «денежное правило» Фридмана.

Для монетаристов главное — обеспечить ценовую стабильность,

устойчивость денежной единицы. Состояние показателей «реального» сектора

определяется в их моделях структурными факторами и не может быть изменено

средствам и экономической политики. Поэтому они выступают против активной

государственной политики и стремления устранить циклические колебания

конъюнктуры.

М. Фридман упростил метод автоматического регулирования объема

денежной массы, сведя его к так называемому «денежному правилу»: устойчивый

прирост количества денег из года в год, совпадающий с ежегодным темпом

роста реального ВНП в длительной перспективе. Фридман определяет этот

показатель на уровне 3—5% в год.

В заключительной части, посвященной России, рассматриваются различия

в подходов истинных и российских монетаристов, описывается ряд необходимых

условий для реализации монетаристской политики с выделением тех, которые не

были удовлетворены, центральным из этих условий было наличие спроса на

деньги в долгосрочном периоде.

Основное содержание монетаристской теории состоит в выяснении

факторов, определяющих движение спроса на деньги. В России же за монетаризм

выдаётся некоторое теоретизирование по поводу предложения денег, хотя сама

возможность такой экономической теории самим монетаризмом отрицается.

Факторами определяющим спрос на деньги в трансформируемой экономике

вообще и в условиях России в частности. Согласно Фридману спрос на деньги

определяется действием трёх основных факторов: 1) общей суммой богатства,

которым владеет общество; 2) издержками с которыми связано получение дохода

от денежной формы богатства в сравнении с издержками получения аналогичного

дохода от других форм богатства; 3) целями и предпочтениями собственников

богатства. Состояние этих факторов в России на тот период позволял надеется

только на отсутствие спроса на деньги в долгосрочном периоде.

Далее приводились минимально необходимые требования обеспечивающие

потенциальное применение монетаризма в России:

- большинству населения (а не его 10-15%) следует обеспечить реальный

выбор между различными формами богатства, включая денежную, и устойчивую

доходность богатства;

- из предыдущего вытекает необходимость добиться как минимум

стабильности производительности труда и эффективности всего национального

хозяйства в целом при высокой занятости ресурсов (вместо их 45% занятости);

- обязательна также свободная конкуренция, обеспечивающая гибкость

цен и зарплат (вместо их жёсткости на базе абсолютно преобладающего

монополизма цен, корпоративной природы одних зарплат и превращения в

социальное пособие других).

В настоящее время российская экономика стремится к требованиям ,

заложенным для реализации политики монетаризма и неуклонный экономический

рост позволяет надеяться, что рано или поздно они будут достигнуты.

Литература.

1. Введение в рыночную экономику, Лившиц А.Я., М., 1997

2. Курс экономической теории, под ред. Чепурина М.Н., Киров,«АСА»,2001

3. Микро-Макроэкономика, “Литера плюс”, С.-П., 1998

4. Монетаризм, М. К. Бункина, М., АО”ДИС”,1997

Страницы: 1, 2, 3


ИНТЕРЕСНОЕ



© 2009 Все права защищены.