реферат скачать
 

Денежно-кредитная политика России

валюты внутри страны (около 5 млрд. долл. за год, в том числе

2,5 млрд. - в июне-декабре текущего года). Таким образам, ценой

снижения резервов до уровня обеспечения «критического импорта»

страна может осуществить первоочередные платежи по погашению

внешнего долга даже баз помощи МВФ. Однако при таком сценарии

золотовалютные резервы Банка России сократятся к концу года до

9,8- 10,3 млрд. долл., а монетарный курс не превысит 46-48

руб./долл.

Второй - базовый - сценарий предполагает получение внешних

займов в сумме 2,5 млрд. долл. До конца года, что позволяет

Банку России проводить менее «агрессивную» политику покупок

валюты на внутреннем рынке. В этом сценарии с июня и до конца

текущего года он покупает не более 1,5 млрд. долл. (4 млрд. за

год), сохраняя объем валютных резервов к концу года практически

неизменным по сравнению с началом года (немногим менее 12 млрд.

долл.). Монетарный курс рубля в таких условиях может составить к

концу года около 37-39 руб./долл.

Третий - оптимистический - сценарий предусматривает получение

внешних займов и максимальную мобилизацию Банком России всех

«свободных» валютных ресурсов (7 млрд. долл. в течение всего

года или 4,5 млрд. за период с начала июня до конца текущего

года), что позволяет к концу года довести рост золотовалютных

резервов до уровня более 14,5 млрд. долл. Такая политика

приводит к повышению обеспеченности резервных денег

золотовалютными резервами и к снижению монетарного курса в

меньших масштабах, чем в других сценариях. К концу года он

достигнет 33-35 руб./долл.

Основные макроэкономические показатели, характеризующие

описанные сценарии, приведены в таблице 2.

| |

Ясно, что почти двукратное снижение уровня монетарного курса в

рамках первого сценария несовместимо с удержанием инфляции на

уровне не выше 50-60% по итогам года (как это предполагается

исходя из сегодняшней ситуации), Скорее всего, в данном случае

экономика прореагирует на падение курса рубля ускорением темпов

инфляции до 80-100% годовых, что, в свою очередь, повысит курс

доллара. В то же время как второй, так и третий сценарии вполне

могут "сосуществовать" с прогнозируемым уровнем инфляции.

Из приведенных оценок видно, что позиции рубля становятся тем

прочнее, чем более "агрессивную" политику по покупке валюты на

рынке проводит Банк России. Этот вывод довольно тривиален, но, к

сожалению, он не доминирует в сознании политических лидеров. Не

стоит чрезмерно успокаиваться стабилизацией валютного курса

рубля и ростом валютных резервов Банка России весной текущего

года. Во многом это было достигнуть за счет сезонных и

конъюнктурных факторов во внешней торговле и в результате отказа

правительства от платежей по третьему траншу "вэбовок". Важно

четко понимать, что за сезонным превышением предложения валюты

весной следует возрастающий спрос на валюту в начале осени. До

настоящего времени нет полной уверенности в получении всех

траншей кредита МВФ. Поэтому в конце лета наряду с действием

сезонных факторов можно ожидать усиления монетарного давления на

валютный курс, что может привести к новому падению курса рубля и

сближению валютного и монетарного курсов.

Учитывая инерционность экономических процессов, можно

предположить, что динамика изменения валютного курса будет

незначительно отличаться от динамики монетарного курса. Вместе с

тем не надо забывать, что соотношение этих двух показателей в

существенной мере зависит от действий психологических факторов,

изменений спроса на рубли в экономике. В случае резких изменений

можно ожидать большего разрыва в динамике монетарного и

валютного курсов.

Нельзя не повторить, что укрепление позиций российской валюты

зависит не только от целевых установок денежных властей, но и от

преодоления структурных противоречий, которые привели к падению

спроса на рубль. О качественных изменениях в денежно- кредитной

сфере можно будет судить тогда, когда ценность рубля станет

поддерживаться ростом спроса на национальную валюту, что, в свою

очередь, требует ослабления инфляции, восстановления

организованных сбережений населения и финансовых рынков,

достижения реальных сдвигов в собираемости налогов, повышении

конкурентоспособности российской продукции, реструктуризации

банковской системы.

ПРОБЛЕМА СЛАБОГО РУБЛЯ И ТЕНДЕНЦИИ ДАЛЬНЕЙШЕГО РАЗВИТИЯ

РОССИЙСКОЙ ЭКОНОМИКИ

Падение курса рубля создало значительный (возможно, с

избытком) потенциальный запас ценовой конкурентоспособности для

российского реального сектора - как для отраслей-экспортеров,

так и для импортозамещающих производств. Россия вновь, как и в

1992-1994 гг., превратилась в относительно "дешевую" по

отношению к доллару страну. Если в 1996-1997 гг. соотношение

номинального курса рубля и его ППС составляло 1,9-2,0, то к

концу I квартала 1999 г. этот разрыв увеличился до 3,9-4,0 (см.

табл. 3).

Таблица 3

Оценка разрыва между курсом рубля

и его паритетом покупательной способности

| |

* Текущий курс - доллар/австрийский шиллинг.

** Фиксированный курс - доллар/ австрийский шиллинг.

Австрийский шиллинг учитывается постольку, поскольку Австрия

выступает в качестве эталонной страны при сравнении

потребительских "корзин". Поэтому изменение курса шиллинга к

доллару несколько искажает оценки. Чтобы снять этот "эффект", в

последней колонке расчет сделан при фиксированном курсе доллара

к шиллингу.

Довольно ярко эффект удешевления российской продукции

проявился в снижении долларовых цен на отечественные автомобили

и бензин на внутреннем рынке. В конце 1998 - начале 1999 гг.

вследствие девальвации цены на автомобили "ВАЗ" (в долларовом

выражении) вернулись к уровню 1992 г. (а на бензин - 1993 г.).

Тем самым не только было нейтрализовано подорожание

отечественной продукции за годы инфляции, но и произошло резкое

сближение цен на отечественные товары с их реальными

качественными характеристиками (для автомобилей) или с реальным

уровнем налогообложения (для бензина).

Обесценение российского рубля после 17 августа 1998 г. далеко

вышло за пределы, диктовавшиеся относительно убытками экспортных

секторов экономики, возникшим в результате падения мировых цен в

первой половине 1998 г. Для относительно равновесного курса,

обеспечивающего стабилизацию платежного баланса, требовалась

девальвация не более чем на 30-50%. Избыточное обесценение рубля

обусловлено не только психологией участников рынка и

политическим кризисом, но и структурными проблемами российской

экономики, завышенным уровнем импортного потребления,

неконкурентоспособностью значительной части промышленности и

сельского хозяйства в условиях сильного рубля и низкой инфляции.

Обесценение рубля по отношению к доллару "подпитывало" рост цен,

а инфляция и удорожание импорта привели к "бегству" от рубля и

подталкивали его курс вниз: образовалась девальвационно-

инфляционная спираль, проявившаяся особенно наглядно на рубеже

1998-1999 гг.

Мы считаем, что раскручивание этой спирали произошло в

результате, с одной стороны, влияния на экономику политических

событий, с другой - несдержанности денежной политики Банка

России в конце 1998 г. После "корректирующей" девальвации в

сентябре прошлого года темпы обесценения рубля практически

полностью совпадают с динамикой потребительских цен. Это

означает, что если бы Банк России предотвратил развертывание

девальвационно-инфляционной спирали, то валютный курс мог бы

составлять 12-15 руб. за долл.

Обычно после резкой девальвации дальнейшая динамика курса

валюты начинает отставать от динамики внутренних цен, постепенно

сокращая разрыв между курсом валюты и ППС. В России, несмотря на

падение паритета покупательной способности почти до 28-30%

валютного курса, сокращение разрыва пока проявляется слабо.

Безусловно, в этой связи нельзя обойти вниманием вопрос о том,

насколько российская экономика готова использовать вновь

обретенный потенциал? Хорошо известно, что девальвация является

"обоюдоострым" инструментом экономической политики. Это в полной

мере нашло свое отражение и в России.

Плюсы и минусы девальвации.

Плюсы:

6. Значительно улучшилось сальдо внешнеторговых операций

России (до 25-29 млрд. долл., по оценке, на текущий год) в

результате резкого сокращения импорта. Повысилась ценовая

эффективность экспортных операций (от -10% в первой половине

1998 г. до 160-180% к концу года) по основной номенклатуре

сырьевых и топливных товаров.

7. Экспортеры существенно укрепили финансовое положение,

смогли снизить относительное бремя своей задолженности бюджету и

другим кредиторам. Так, если в первой половине 1998 г.

задолженность нефтяной отрасли перед бюджетом превышала

трехмесячный объем экспортной выручки, то в декабре она

составила всего месяц (в целом проблема погашения задолженности

еще далека от полного ее разрешения).

8. За счет увеличения финансовых ресурсов, находящихся в

распоряжении экспортеров, произошел определенный рост денежных

накоплений в реальном секторе. Как следствие этого несколько

упала доля бартера в совокупных продажах промышленных

предприятий.

9. Сокращение импорта расширило спрос на отечественные

товары. Улучшение финансового положения предприятий и повышение

спроса способствовало оживлению производства в машиностроении,

отчасти в легкой промышленности, в отраслях черной металлургии,

лесной, целлюлозно-бумажной и деревообрабатывающей.

Минусы:

10. Резко обострилась проблема внешней задолженности

государственного и частного секторов экономики. Федеральное

правительство де-факто объявило дефолт примерно по половине

своих обязательств, ряд регионов не смог справиться с

финансовыми обязательствами, номинированными в иностранной

валюте.

11. Курсовые потери российского банковского сектора

(внешние займы и форвардные контракты) оказались наиболее

существенными в результате банковского кризиса.

12. Сокращение импорта, в первую очередь

потребительских товаров, привело к снижению совокупных объемов

потребления населения и, следовательно, к снижению уровня его

жизни.

13. Удорожание импорта резко уменьшило инвестиционные

возможности реального сектора российской экономики, в котором

годовые финансовые накопления (прибыль плюс амортизация) в

валютном эквиваленте снизились более чем вдвое.

Такое двойственное воздействие девальвации на экономику

создает предпосылки для развития двух разнонаправленных

тенденций, за которыми прослеживаются интересы различных

секторов экономики (см. табл. 4).

Таблица 4

Основные характеристики отраслей-экспортеров

и импортозамещающих отраслей (в %)

| |

Первая тенденция. Образование большого разрыва между

внутренними и мировыми ценами на топливо «подпитывает» тенденцию

к опережающему росту внутренних цен на нефть и нефтепродукты,

тем более что рынок этих продуктов корпоративно монополизирован.

Стремление восстановить старые (или близкие к ним) пропорции

сравнительной рентабельности внутренних и экспортных продаж,

безусловно, будет целью нефтяников, но ее достижение возможно

только при кратном повышении уровня внутренних цен на нефть и

нефтепродукты. Кроме того, в экспортном секторе экономики

постепенно накапливается « потенциал» инфляции издержек

(зарплата, комплектующие, транспортные и энергетические тарифы,

экспортные пошлины), бремя которой постепенно будет

перекладываться на внутренних потребителей. Это может привести к

ускоренному повышению цен на энергоресурсы и как следствие к

раскручиванию инфляционной спирали, которое имело место в 1992-

1994 гг. Темп роста цен будет зависеть главным образом от

проводимой денежной политики, но раскручивание инфляции издержек

постепенно приведет к исчерпанию того потенциала рентабельности,

который получили экспортеры.

В результате восстановления доавгустовского паритета цен

внутри страны любое неблагоприятное изменение конъюнктуры

мировых цен на энергоресурсы обернется давлением экспортеров в

направлении новой девальвации рубля. Такой сценарий, безусловно,

перечеркивает все надежды на технологическое обновление

российской промышленности. Повышение конкурентоспособности

продукции обрабатывающих отраслей, диверсификацию экспорта и,

следовательно, на усиление устойчивости платежного баланса

страны. Проблема внешнего долга России при этом останется просто

хронической.

Вторая тенденция. Развитие инфляционных процессов будет

тормозиться не только из-за ограничений денежной политики, но и

достаточно жестких ограничений спроса со стороны населения и

бюджета. Слабый рубль повышает не только доходы экспортеров, но

и издержки для общества. В первую очередь среди проигравших

оказывается население, реальные доходы которого падают. В

результате снижается выручка от продаж производителей

потребительской продукции. Именно поэтому они объективно

заинтересованы в последовательном укреплении рубля.

Отечественная промышленность и сельское хозяйство не в

состоянии в короткие сроки компенсировать в полной мере спад

импорта, что грозит сокращением физического объема потребления.

Высокая степень износа основных фондов и потребность в

модернизации требуют увеличения импорта оборудования (а отчасти

и сырья, особенно для легкой и пищевой промышленности). Поэтому

слишком дешевый по отношению к доллару рубль в среднесрочной

перспективе может стать сдерживающим фактором для инвестиций в

обрабатывающие отрасли.

В такой ситуации альтернативный сценарий развития экономики

предполагает наряду со сдерживанием инфляционных процессов

проведение активной политики стимулирования спроса на

отечественную продукцию и резкого поста инвестиционной

привлекательности российской экономики. Только увеличивая

инвестиции в реальный сектор. Обновляя технологический

потенциал, Россия может надеяться на повышение

конкурентоспособности своих товаров на внутреннем и, самое

главное, на внешнем рынке, на постепенное решение проблемы

внешнего долга. Подобная политика неизбежно будет вести к

сближению курса рубля и ППС.

Сдерживание новой инфляционной "волны", проведение денежной

политики, направленной на медленное повышение реального курса

российского рубля, изменение отношения к внешним инвесторам и

усиление защищенности прав собственности дают возможность

российской промышленности в течение нескольких лет сохранить

значительную ценовую конкурентоспособность. При этом российская

промышленность и банковский сектор должны извлечь уроки из

событий не только августа 1998 г., но и предшествующих лет,

когда значительная ценовая "фора" была растрачена в инфляционной

"гонке" без каких-либо качественных изменений общего уровня

конкурентоспособности. Безусловно, ослабление курса рубля

позволяет решать некоторые проблемы экономики, но следует

понимать, что неизбежной оборотной стороной этой «медали»

являются снижение уровня жизни всего населения и нарастание

отставания национальной экономики. Один из главных уроков

кризиса 1998 г. состоит в том, что не может быть по-настоящему

твердой национальной валюты в стране с неконкурентоспособным

реальным сектором, опирающейся исключительно на экспорт сырьевых

товаров.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Во всех странах мира государственный долг и дефицит бюджета

являются ключевыми вопросами дискуссий об экономической политике

правительства. В странах с так называемыми развивающимися

рынками долги всегда порождали серьезные финансовые кризисы.

Мексиканский кризис, а вслед за ним и «обвал» валют на азиатских

рынках привел к тому, что участники рынков капиталов начали

тщательно отслеживать сроки погашения долгов. После

спекулятивных атак на рубль, последовавших летом 1998 г.,

российское правительство стало понимать, что в мире, где

существует высокая мобильность капиталов, их рынок окажет на

Россию сильное воздействие.

Замена «плавающего» обменного курса скользящим валютным

«коридором», произошедшая в середине 1995 г., обусловила

зависимость процентных ставок от настроений, преобладавших в

кругах международных инвесторов. Их неблагоприятное изменение

могло провоцироваться внешними шоками. Таким образом,

неустойчивость возникала не вследствие серьезного повышения

рисков, связанного с ухудшением макроэкономической ситуации в

самой России, а в результате естественного (для мира,

характеризующегося свободным перемещением капиталов через

границы) распространения влияния финансового кризиса,

разразившегося в других странах (в донном случае – в Юго-

Восточной Азии).

Если российское правительство ставило перед собой задачу

удержания обменного курса в рамках «коридора», то в период,

когда инвесторы были склонны избегать риска работы на

развивающихся финансовых рынках, приходится мириться с

повышением процентных ставок до того уровня, который диктовал

рынок. В то же время непомерно высокие процентные ставки

настолько увеличивали бремя обслуживания долга, особенно

краткосрочных рублевых обязательств, что рынок воспринимал его

как непосильное. Настороженность участников рынка, в свою

очередь, повышала риск девальвации, ибо, соглашаясь с повышением

процентных ставок во имя удержания обменного курса,

правительство могло оказаться вынужденным отпустить обменный

курс для предотвращения банкротства. Таким образом, именно

опасения риска девальвации замкнули порочный круг, что привело

страну как к банкротству (дефолту), так и к значительной

девальвации рубля. Проблема усугублялась падением цен на нефть и

увеличением объема импорта, результатом которых стало

отрицательное сальдо баланса текущих операций. Столь высокие

процентные ставки отражали противоречия между бюджетно-налоговой

ситуацией и режимом обменного курса, ставшие основной причиной

неудачи плана финансовой стабилизации. В конечном счете,

политику обменного курса следует привести в соответствие с

фискальной политикой.

Положение становилось еще более опасным из-за государственного

долга, который к тому моменту, когда разразился мировой

финансовый кризис: а) уже приобрел значительные размеры; б)

возрастал такими темпами, что правительство не успевало его

погашать, и в) самое главное, имел чрезвычайно короткие сроки

погашения. С учетом тающего доверия инвесторов эти краткосрочные

долговые обязательства не удавалось рефинансировать под

приемлемые проценты, что провоцировало кризис ликвидности,

несущий угрозу неплатежеспособности.

В принципе эту угрозу можно было бы ослабить, а то и вовсе

снять тремя способами. Во-первых, обратить вспять утечку

капиталов за рубеж, особенно тенденцию к долларизации экономики,

и тем самым обеспечить высокий спрос на рублевые долговые

обязательства, а значит, защититься от непредсказуемого перетока

капиталов на мировых рынках. Во-вторых, сбалансировать бюджет,

устранив необходимость в новых заимствованиях и снизив расходы

на обслуживание существующего госдолга. В-третьих, вернуться к

«плавающему» курсу рубля, при котором уровень процентных ставок

определялся бы мерами внутренней денежно-кредитной политики.

Данный подход может показаться весьма привлекательным, если

вспомнить, что в основе российской стабилизационной программы, с

помощью которой удалось снизить инфляцию, лежали показатели

денежного обращения, а не обменный курс, играющий роль

номинального «якоря». На практике, однако, фиксация курса через

шесть месяцев после начала выполнения программы имела мощный

стабилизирующий эффект, весьма ценный для властей. В связи с

преобладанием импортной продукции на рынках продовольственных и

потребительских товаров значительная девальвация повлекла бы за

собой резкое повышение индекса потребительских цен. В более

длительной перспективе стабильность обменного курса

способствовала бы репатриации вывезенных из страны капиталов

благодаря превращению рубля в достойный доверия финансовый

актив, выступающий в качестве надежного средства сбережения, а

до того момента она служила бы фактором привлечения в Россию

частного международного капитала – единственного альтернативного

источника финансирования помимо ограниченных ресурсов,

поступающих по линии международных финансовых организаций.

Следовательно, с точки зрения как краткосрочных, так и

долгосрочных приоритетов и целей имелись серьезные причины для

того, чтобы попытаться удержать курс рубля. С учетом того, что

политика обменного курса сама по себе являлась важным элементом

мер по предотвращению «бегства» капитала, единственным способом

разрешения сложившейся ситуации было преодоление

несбалансированности бюджета.

Корректировка фискальной политики, необходимая для

предотвращения краха, наступившего в августе 1998 г., могла быть

осуществлена в достаточно сжатые сроки. На практике попытка

предпринять необходимые шаги столкнулась с противодействием со

стороны ряда политических групп, что было усугублено

нерешительностью прежнего правительства в проведении налоговой

реформы. Если оценивать ситуацию в ретроспективе, то следует

признать, что благоприятная конъюнктура на финансовых рынках в

1996-1997 гг. давала возможность на период проведения

корректировки фискальной политики прибегнуть к «промежуточному»

финансированию. Вместо этого российское правительство ухватилось

за новую возможность выйти на рынки капиталов, воспользовавшись

ростом цен на облигации. И только в чрезвычайной ситуации,

возникшей в результате "азиатского" кризиса. Была проявлена

политическая воля, требующая всех препятствий, будь то внешних

(доверие рынка) или внутренних (политическое противодействие),

времени уже не осталось.

Таким образом, реформаторский этап российской экономической

политики, начавшийся с банкротства декабря 1991 г., закончился

банкротством августа 1998 г. Урок, который можно извлечь из

этого, достаточно прост: финансовые катастрофы будут повторяться

до тех пор, пока система государственный финансов не будет

упорядочена путем проведения подлинной бюджетно-налоговой

реформы.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Алексашенко С., Клепач А., Осипова О., Пухов С.

Куда «плывет» рубль?/ Вопросы экономики 1999 г. № 6.

2. Бункина М.К.., Семенов В.А.

Макроэкономика (основы экономической политики).- М.: АО

«ДИС», 1996 г.

3. Гранвилл Б.

Проблемы стабилизации денежного обращения в России./

Вопросы экономики, 1999 г. № 1.

4. Теоретическая экономика. Политэкономия. – М.: Банки и

биржи, ЮНИТИ, 1997 г.

5. Экономика. – М.: Изд-во БЕК, 1997 г.

6. Экономическая теория. – Минск: ИП «Экоперспектива», 1997 г.

Страницы: 1, 2, 3, 4, 5


ИНТЕРЕСНОЕ



© 2009 Все права защищены.