реферат скачать
 

Фотосинтез - проще простого

Фотосинтез - проще простого

Содержание

1. Ведение 3

2. Ошибка Ван-Гельмонта 3

3. Самое интересное из веществ во всем органическом мире 6

4. Красный цвет — символ созидания 7

5. О чем поведали меченые атомы! 9

6. Зеленая электростанция 10

7. Фотосинтез и урожай 13

8. «Чародейкою зимою околдован, лес стоит...» 16

9. Леса — легкие планеты! 17

10. «Лес, точно терем расписной, лиловый, золотой, багряный...» 20

11. Радуга флоры 23

12. Зеленые животные — реальность или фантазия! 26

13. Заключение 30

14. Список использованных источников 30

Ведение

Когда-то, где-то на Землю упал луч солнца, но он упал не на бесплодную

почву, он упал на зеленую былинку пшеничного ростка, или, лучше сказать,

на хлорофилловое зерно. Ударяясь об него, он потух, перестал быть светом,

но не исчез... В той или другой форме он вошел в состав хлеба, который

послужил нам пищей. Он преобразился в наши мускулы, в наши нервы... Этот

луч солнца согревает нас. Он приводит нас в движение. Быть может, в эту

минуту он играет в нашем мозгу.

Растение из воздуха образует органическое вещество, из солнечного луча

— запас силы. Оно представляет нам именно ту машину, которую обещают в

будущем Мушо и Эриксон, — машину, действующую даровою силою солнца. Этим

объясняется прибыльность труда земледельца: затратив сравнительно небольшое

количество вещества, удобрений, он получает большие массы органического

вещества; затратив немного силы, он получает громадный запас силы в виде

топлива и пищи. Сельский хозяин сжигает лес, стравливает луг, продает хлеб,

и они снова возвращаются к нему в виде воздуха, который при действии

солнечного луча вновь принимает форму леса, луга, хлеба. При содействии

растения он превращает не имеющие цены воздух и свет в ценности. Он торгует

воздухом и светом.

Ошибка Ван-Гельмонта

В старые времена врач обязан был знать ботанику, ведь многие

лекарственные средства готовились из растений. Неудивительно, что лекари

нередко выращивали растения, проводили с ними различные опыты.

Так, голландец Ян Баптист Ван-Гельмонт (1579—1644) не только занимался

врачебной практикой, но и экспериментировал с растениями. Он решил узнать,

благодаря чему растет растение. С животными и человеком вроде бы все

ясно: поедая корм или пищу, они получают вещества, благодаря которым

увеличиваются в размерах. Но за счет чего крошечное семя, лишенное

рта, превращается в огромное дерево?

Чтобы ответить на этот вопрос, Ван-Гельмонт проделал следующее.

Взял кадку, в которую насыпал 91 килограмм высушенной в печи почвы,

смочил ее дождевой водой и посадил ивовый побег массой 2,25 килограмма.

Каждый день в течение пяти лет он поливал растение чистой дождевой водой.

По прошествии этого времени Ван-Гельмонт извлек деревце, тщательно

очистил корни от прилипших частиц почвы и взвесил содержимое кадки и

растение. Оказалось, что масса почвы уменьшилась всего на 57 граммов, а вот

масса ивы возросла почти на 75 килограммов. Результат эксперимента

исследователь объяснил исключительно поглощением воды. Так возникла

водная теория питания растений.

Джозеф Пристли (1733— 1804) — известный английский ученый-химик.

Он открыл кислород, получил хлористый водород, аммиак, фтористый кремний,

сернистый газ, оксид углерода. Привезенный французом Шарлем Кондамином

из Южной Америки каучук Пристли в 1770 году предложил использовать

для стирания написанного, назвав его гуммиэластиком. Как химика Пристли

заинтересовал вопрос: почему воздух полей и лесов чище городского? Ученый

предположил, что растения очищают его от веществ, выделяемых людьми при

дыхании, а также дымящимися трубами заводов и фабрик. С целью

проверки своего предположения он посадил под стеклянный колпак мышь.

Довольно быстро животное погибло. Тогда экспериментатор поместил под

такой же колпак другую мышь, но уже вместе с веткой мяты. «Это было

сделано в начале августа 1771 года. Через восемь-девять дней я нашел,

что мышь прекрасно могла жить в той части воздуха, в которой росла ветка

мяты. Побег мяты вырос почти на три дюйма...»[1].

Опыт заинтересовал ученых, многие повторили его в своих лабораториях,

однако результаты получались неодинаковые: в одних случаях растения

действительно очищали воздух и делали его пригодным для дыхания мыши,

в других — этого не наблюдалось. Надо сказать, что сам Пристли при

повторении опытов получил противоречивые результаты. Установить истину

ученый уже не смог, так как консервативно настроенные англичане разгромили

его прекрасно оборудованную лабораторию и богатую библиотеку за сочувствие

их владельца идеям французской революции. Пристли оставил научную

работу и эмигрировал в США.

В другой своей работе «Слово о слоях земных» он высказался о

воздушном питании растений еще более определенно: «Откуда же новый сок

сосны собирается и умножает их возраст, о том не будет спрашивать, кто

знает, что многочисленные иглы нечувствительными скважинами почерпают

в себя с воздуха жирную влагу, которая тончайшими жилками по всему

растению расходится и разделяется, обращаясь в его пищу и тело».

«Нечувствительные скважины» — это не что иное, как устьица, хорошо

известные каждому из школьного учебника ботаники.

К сожалению, мысли, высказанные великим Ломоносовым, остались

неизвестными научным кругам. А вот идею Пристли об очищении воздуха

поддержали не только ученые, она стала популярна даже в народе. Результатом

явилось массовое разведение цветов в помещениях, где находились больные.

При этом двери обычно держали плотно закрытыми, дабы «вредный» наружный

воздух не мог проникнуть в комнату.

Голландский врач Ингенгауз (1730—1799) усомнился в правильности такого

использования растении и провел ряд экспериментов с целью проверки

действенности этого приема. В результате своих опытов он сделал открытие,

что только зеленые части растений могут улучшать воздух, да и то лишь в том

случае, когда они находятся на свету. Все остальное — цветки, корни, а

также зеленые листья, лишенные света, — воздуха не исправляет.

Проделаем такой опыт. Возьмем две банки с водой. В одну нальем воду из-

под крана, а в другую — кипяченую и охлажденную. При кипячении, как

известно, удаляются газы, растворенные в воде. Затем в каждую банку

поместим веточки водного растения элодеи, накроем их воронками, на

отростки которых наденем пробирки, наполненные водой. Обе банки выставим на

свет.

Через некоторое время мы заметим, что в банке с не кипяченой водой

веточки элодеи начинают выделять какой-то газ. Когда он заполнит пробирку,

можно установить, что это кислород: внесенная в пробирку тлеющая лучинка

ярко вспыхивает. В банке с кипяченой водой, где нет углекислого газа,

веточки элодеи кислорода не выделяют.

Попробуем доказать, что все дело именно в углекислом, а не в каком-то

ином газе, удаленном при кипячении. Для этого пропустим через кипяченую

воду углекислый газ, и вскоре веточки элодеи станут выделять кислород.

Швейцарский естествоиспытатель Жан Сенебье (1742— 1809) первым

установил необходимость углекислого газа как источника углерода для зеленых

растений. Он же предложил термин «физиология растений» и в 1880 году

написал первый учебник по этой дисциплине.

Его соотечественник естествоиспытатель Никола Теодор Соссюр (1767—1845)

работал в области физики, химии и геологии. Однако мировую известность

приобрел благодаря трудам в области физиологии растений. С помощью точных

методов количественного химического анализа он убедительно доказал, что

растения на свету усваивают углерод из углекислого газа, выделяя при этом

кислород. Ученый также установил, что растения, как и животные, дышат,

поглощая кислород и выделяя углекислый газ.

Так постепенно складывались представления о фотосинтезе как о процессе,

в ходе которого из углекислого газа и воды зеленые растения на свету

образуют органические вещества и выделяют кислород:

бСО2 + 6Н2О ( С6Н12О6 + 6О2(

Термин «фотосинтез» был предложен в 1877 году известным немецким

физиологом растений Вильгельмом Пфеффером (1845—1920). В ходе этого

процесса солнечная энергия преобразуется в энергию химических связей

органических соединений.

Самое интересное из веществ во всем органическом мире

Так назвал хлорофилл великий Чарльз Дарвин, когда наш соотечественник

Климент Аркадьевич Тимирязев рассказал ему о своих опытах с этим веществом.

В то время, когда химическая природа процесса фотосинтеза представлялась

весьма туманной, подобное утверждение было весьма ценным, поскольку

привлекало внимание ученых к новой очень перспективной проблеме. А сам

термин «хлорофилл» был предложен в 1818 году французскими химиками П.

Пельтье и Ж. Каванту. Он образован из греческих слов «хлорос» — зеленый и

«филлон» — лист.

Выделить хлорофилл из листа несложно. Для этого измельчим листья

любого растения ножницами, поместим в ступку, прильем немного спирта,

разотрем и отфильтруем в чистую сухую пробирку. Если у вас нет под рукой

ступки, кусочки листьев поместите в небольшую колбочку, влейте спирт и

осторожно нагрейте на спиртовке. Очень быстро спирт окрасится в изумрудно-

зеленый цвет из-за присутствия хлорофилла.

А теперь познакомимся с некоторыми свойствами этого пигмента. Поместите

за пробиркой черную бумагу или какой-то темный предмет и направьте на нее

яркий свет. Раствор хлорофилла отражает свет с измененной длиной волны,

поэтому хлорофилл приобретает вишнево-красную окраску. Это явление носит

название флуоресценции.

В чем причина флуоресценции хлорофилла? Кванты света падают на его

молекулы, находящиеся в растворе, и вызывают их возбуждение. При этом

электрон молекулы пигмента переходит на более высокий энергетический

уровень. В растворе, в отличие от зеленого листа, энергия возбужденного

электрона не расходуется на синтез органических веществ, поэтому этот

электрон возвращается на прежний энергетический уровень, а избыток

энергии испускается в виде квантов красного света. Видимый свет, как

известно, состоит из разных лучей: фиолетовых, синих, голубых, зеленых,

желтых, оранжевых, красных. Их окраска зависит от длины волны, которая

увеличивается по направлению от синих к красным лучам солнечного спектра. А

вот величина квантов и их энергетический потенциал изменяются при этом в

противоположном направлении: кванты синих лучей значительно богаче

энергией, чем кванты красных. Когда свет падает на молекулы хлорофилла,

часть энергии квантов рассеивается в виде тепла, поэтому отраженные кванты

несут меньший запас энергии, а длина волны света увеличивается, смещаясь в

сторону длины волны красных лучей. Вот почему мы видим красное свечение при

освещении хлорофилла белым светом, то есть совокупностью разных лучей

солнечного спектра.

Любопытно в связи с этим отметить, что на прекрасных фресках

гениального Андрея Рублева мы часто видим сочетание зеленого с красным: в

складках зеленой одежды как бы скрываются красные отсветы.

Если вы имеете спектроскоп — несложный школьный прибор, в котором при

помощи призмы видимый свет разлагается на составные компоненты, — то можно

изучить спектр поглощения хлорофилла. Приложите пробирку с раствором

хлорофилла к щели спектроскопа и загляните в окуляр, вы увидите мощную

темную полосу поглощения в красной части спектра и менее выраженную в

синей. Итак, хлорофилл поглощает красные и синие лучи спектра. А вот

зеленые, беспрепятственно проходя через его раствор, сообщают ему свою

окраску.

Отчего зависит зеленая окраска пигмента? Добавим в пробирку с вытяжкой

хлорофилла несколько капель слабой соляной кислоты. Тотчас же окраска

изменится на оливково-бурую. Что при этом произошло с хлорофиллом?

Уже давно установлено, что его молекула содержит атом магния. При

взаимодействии с соляной кислотой он вытесняется из нее атомами водорода

соляной кислоты. Можно предположить, что наличие атома магния и определяет

зеленую окраску пигмента.

Теперь в ту же пробирку добавим небольшое количество ацетата меди или

ацетата цинка и подогреем содержимое пробирки на спиртовке. Едва жидкость

закипит, окраска раствора резко изменится — вместо оливково-бурой она вновь

станет изумрудно-зеленой. Что же при этом произошло? В молекуле хлорофилла

на место атома магния при взаимодействии с соляной кислотой встал водород.

В свою очередь, атомы водорода при добавлении ацетата меди или ацетата

цинка и нагревании вытесняются атомами меди или цинка. Происходит

восстановление металлоорганической связи. Следовательно, зеленая окраска

хлорофилла определяется наличием в нем атома металла вне зависимости от

того, будет ли это магний, медь или цинк.

Красный цвет — символ созидания

Если солнечный спектр, который мы наблюдаем в спектроскопе,

спроектировать на экран, то можно изучать скорость фотосинтеза в разных

лучах — синих, желтых, зеленых, красных.

Впервые интенсивность фотосинтеза в различных лучах спектра исследовал

физик В. Добени. В 1836 году он сделал очень важное открытие: зеленый лист

может осуществлять фотосинтез в отдельных лучах спектра, причем в

зависимости от характера лучей он идет с неодинаковой скоростью. Но вот на

вопрос, в каких именно лучах спектра фотосинтез протекает наиболее

интенсивно, В. Добени ответил неправильно. И виной тому методические

погрешности при проведении эксперимента. Во-первых, ученый получал те или

иные лучи, пропуская солнечный свет через цветные стекла или окрашенные

растворы. Во-вторых, он применял очень примитивный метод учета

интенсивности фотосинтеза. Ученый поместил отрезок побега водного

растения элодеи в пробирку с водой срезом вверх и считал, сколько пузырьков

кислорода отрывается с поверхности среза за единицу времени. Добени пришел

к выводу, что интенсивность фотосинтеза пропорциональна яркости света, а

наиболее яркими лучами в то время считались желтые. Этой же точки зрения

придерживались Джон Дрепер (1811—1882) и физиологи растений Ю. Сакс и В.

Пфеффер. В 1846 году Дрепер изучал интенсивность фотосинтеза в различных

лучах спектра, испускаемых спектроскопом, и пришел к тому же заключению,

что и Добени.

Между тем утверждение противоречило закону сохранения энергии. Ведь

желтые лучи, как мы уже знаем, незначительно поглощаются хлорофиллом. Могут

ли они быть главной движущей силой процесса фотосинтеза?

Такова была обстановка в области изучения фотосинтеза, когда к

исследованиям в этой области приступил К. А. Тимирязев. Будучи

последовательным материалистом, он утверждал, что яркость лучей зависит от

субъективного восприятия света глазом (синие лучи кажутся нам неяркими, а

желтые наоборот) и потому не может определять интенсивность усвоения

углекислого газа зелеными растениями. Наиболее деятельными в процессе

фотосинтеза могут быть только те лучи, которые поглощаются хлорофиллом.

Главной причиной ошибки Дрепера он считал недостаточную чистоту отдельных

участков спектра, возникшую из-за широко открытой щели спектроскопа.

Увеличивать же щель спектроскопа приходилось для усиления интенсивности

светового потока, иначе фотосинтез с помощью примитивных методов не

обнаруживался. Для того чтобы иметь возможность работать с узкой щелью

спектроскопа, необходимо было создать принципиально новые, значительно

более чувствительные методы учета скорости этого процесса.

Сконструированные К. А. Тимирязевым приборы позволяли резко повысить

точность исследований. В восьмидесятых годах прошлого столетия химик Пьер

Эжен Марсель Вертело говорил К. А. Тимирязеву, что каждый раз он привозит в

Париж новый метод анализа газов, в тысячу раз более усовершенствованный. С

помощью этой аппаратуры К. А. Тимирязев убедительно показал, что наиболее

активно фотосинтез идет в красных лучах спектра, которые, как уже

отмечалось, интенсивнее других поглощаются хлорофиллом. По направлению к

зеленой части спектра интенсивность фотосинтеза ослабевает. В зеленых лучах

она минимальная. И это вполне понятно: ведь они хлорофиллом почти не

поглощаются. В сине-фиолетовой части наблюдается новый подъем

интенсивности фотосинтеза. Таким образом, Тимирязев установил, что

максимум усвоения листом углекислого газа совпадает с максимумом поглощения

света хлорофиллом. Иными словами, он впервые экспериментально доказал, что

закон сохранения энергии справедлив и по отношению к фотосинтезу. Зеленый

цвет растений отнюдь не случаен. В процессе эволюции они приспособились к

поглощению именно тех лучей солнечного спектра, энергия которых наиболее

полно используется в ходе фотосинтеза.

Современная наука подтвердила правильность взглядов К. А. Тимирязева

относительно исключительной важности для фотосинтеза именно красных лучей

солнечного спектра. Оказалось, что коэффициент использования красного света

в ходе фотосинтеза выше, чем синих лучей, которые также поглощаются

хлорофиллом.

Красные лучи, по представлениям К. А. Тимирязева, играют

основополагающую роль в процессе мироздания и созидания жизни. В статье-

притче «Красное знамя», написанной им в июне 1917 года, читаем: «Если

красный цвет является фактическим признаком, выражением работоспособности

света в творческом процессе созидания жизни, то не следует ли признать его

самой подходящей эмблемой, выражением работоспособности света знания, света

науки?». Интересно в связи с этим отметить, что в государстве древних инков

Тауантинсуйю красный цвет почитался священным.

О чем поведали меченые атомы!

Американский ученый Мэлвин Кальвин для изучения темновых реакций

фотосинтеза, связанных с фиксацией и превращением углекислого газа, широко

использовал метод меченых атомов.

Вещества, имеющие радиоактивную метку, по химическим свойствам

практически не отличаются от обычных. Однако наличие радиоактивного атома

Страницы: 1, 2, 3, 4


ИНТЕРЕСНОЕ



© 2009 Все права защищены.